Исгерд (isgerdr) wrote,
Исгерд
isgerdr

За все, чем мы дорожим. Глава 4: 3-5

Ранее в нашей галактике

3.
20 января 3048 года
Может быть, по меркам Энима это и была зима, но на Сомбре таким выдавалось не всякое лето, разве что в особо теплые годы. Даже странно, что местным вода казалась холодной, и купаться не рисковал почти никто. Габриэль устроилась в шезлонге поудобнее, подставляя солнцу длинные ноги. Вот уже три дня она бегала по пляжу, моталась по бесчисленным сувенирным лавчонкам, купалась в теплой как молоко воде – местные только пялили глаза и разве что пальцем у виска не крутили – а после принимала солнечные ванны. Никаких тебе флотских дел, никаких тебе забот, а главное, никакого тебе коммандера Нуарэ со своей любовью. Нет, с прошлого раза он больше не предлагал семейного союза, но запретить ему смотреть в ее сторону Габриэль не могла. А во взгляде коммандера читалась такая тоска и такое желание, что, право слово, тошно становилось.
Определенно, это стоило двухнедельного пути – оказалось, тогда, после боя с пиратами, Деверо проложил более длинный маршрут, чтобы потрепанному «Сирокко» не пришлось делать затяжных скачков. А на самом деле Старые Колонии были даже чуть ближе, чем казалось по тому перелету. Эта новость так обрадовала Габриэль, что она в самый первый день отпуска засела за домашний компьютер и начала рыться в межпланетной сети, вызнавая, как жители Старых Колоний попадают на хундианскую станцию «Валькирия» и что они там делают для успешного взаимодействия с местными платежными и прочими системами. Через агента она сделала себе туристическое удостоверение личности и карту местного банка. Хундианские стандарты совпадали с теми, что действовали в Старых Колониях. Через того же агента Габриэль забронировала и оплатила номер в отеле. Теперь ничто не могло омрачить ее отпуска. Отель назывался «Краб» и располагался в пяти минутах ходьбы от пляжа, что радовало еще больше. Персонал вежливый, сервис на уровне, в номере уютно и чисто, хозяин – милейший человек, а симпатяга-бармен от души хохочет над ее анекдотами и шутками о жителях Большого космоса. Шуткам тем хоть и лет триста, и это совсем не фигура речи, но местные-то их не знают.
Словом, Габриэль предвкушала если не самый безмятежный отпуск в своей жизни, то точно один из самых спокойных. Море, солнце (не забывать про лосьон! У продавца глаза стали по блюдцу каждый, когда Габриэль выбрала самый высокий солнцезащитный фактор) и никакого Нуарэ!
От берега послышались неразборчивые крики. Испанского Габриэль почти не знала, тем более что здешняя версия сильно отличалась от сомбрийской, но и так было понятно, что что-то случилось, и случилось в воде. Сделав затемнение визора менее интенсивным, она увидела небольшую толпу на берегу и кого-то отчаянно барахтающегося не то чтобы вдали, но на изрядном расстоянии от берега. Габриэль подскочила с шезлонга и решительными шагами двинулась к толпе, где на разные голоса долдонили про холодную погоду. «Он же утонет, мать вашу!» – подумала она и бросилась в воду. В несколько гребков она доплыла до незадачливого пловца, который в самый последний момент решил уйти на дно, подхватила его и, экономя силы, выволокла из воды на песок. К ним подбежали трое перепуганных парней.
- В сторону! – рявкнула Габриэль.
- Врача бы, – нерешительно вякнул высокий парнишка в допотопных очках.
- Я медик. Отойди и не мешай, – сказала Габриэль уже спокойнее.
Вмешалась она вовремя, но парень успел изрядно наглотаться воды. Впрочем, искусственное дыхание все же не понадобилось. Он закашлялся и открыл глаза.
- Тихо, тихо, – как можно более дружелюбно сказала Габриэль. Парня ощутимо затрясло, он перестал кашлять, но съежился и застучал зубами. Габриэль показала пальцем в сторону шезлонга и сказала на пиджине: – Народ! Вот там большое полотенце. Тащите его сюда.
Парень в очках метнулся за полотенцем, растолкав зевак.
- Чего встали? – снова рыкнула Габриэль. – Как глазеть, так все, а как спасать, так никого.
Толпа пристыженно расступилась.
- Так вода же холодная, сеньора, – проговорил очкастый, протягивая полотенце.
Габриэль заботливо укутала в него спасенного – довольно высокого и стройного молодого человека, который все еще ошалело таращился на нее красивыми карими глазищами, но вроде начинал отходить.
- Ну, во-первых, для меня она еще какая теплая, – усмехнулась Габриэль, – а во-вторых, какая я вам сеньора, мне всего двадцать четыре. А зовут меня Габриэль. Можно просто Габи.
- Я Альваро, – назвался спасенный, перестав отбивать зубами барабанную дробь.
- С днем рождения, Альваро, – добродушно усмехнулась Габриэль.
- Рамиро, – представился очкастый парнишка, кажется, самый младший в этой компании.
Двое оставшихся парней назвались Рамоном и Хорхе. Компания оказалась добродушной и разновозрастной. Самым старшим был Альваро, ему было двадцать два. Самым младшим – действительно Рамиро, которому едва стукнуло восемнадцать. Хорхе и Рамону было по двадцать.
Оказалось, что смельчак и хвастунишка Альваро решил произвести на друзей впечатление и поплавать в холодной воде. Впрочем, это для энимцев она холодная, а сомбриец то, что у них теплая, назовет супом. Так вот, начал Альваро хорошо, но решил прихвастнуть и заплыл далеко. И тут ему свело ногу, и он бы утонул, если бы не Габриэль. Плыть за ним никто из компании не рискнул, понимая, что утонет еще быстрее. Так что Габриэль была права насчет второго дня рождения.
- К холоду, говоришь, привычная, – сказал изящный Хорхе. – Ты с Алхора?
- На Алхоре никто так чудно не говорит, – возразил наблюдательный Рамиро, который, похоже, услышал легкий французский акцент Габриэль. – Я, конечно, не скажу за всю планету, но сами же слышали, как приезжие алхорцы говорят. Ничего похожего даже близко.
- И то верно, – согласился добродушный здоровяк Рамон.
- Нет, я не с Алхора. Хотя друг мой оттуда. А как мы познакомились – ох и долго рассказывать, – Габриэль поведала историю битвы с хундианскими пиратами, сокращенную и на ходу подвергнутую некоторой цензуре. Нет, история, конечно, не засекреченная, но флотские дела лучше выдавать по минимуму. Даже привела отдельные цитаты из воплей бандитов про мозги по стенам и про то, что лучше копать рудники одной лопатой, лишь бы «этим отморозкам, которые с честными людьми такое творят», не отдавали. На «честных людях» компания грохнула хохотом. Отсмеявшись, парни посмотрели на Габриэль с уважением. Они ей верили.
- Расскажи кто другой, подумал бы, что враки, – сказал Альваро. – А тебе вот верю.
- Альваро, ну ты что! – снова вскинулся умник Рамиро. Кажется, он был в этой компании за ходячую энциклопедию. – Столько терминологии просто невозможно из головы придумать. Я читал книжки по психологии, там рассказывается, как вычислить обманщика, так вот, взгляд и движения Габи говорят о том, что она не врет.
А когда Габи показала свой наручный комм, последние сомнения рассеялись. Таких ни на одной планете Треугольника не делают. В комме были фотографии с сомбрийскими видами.
- Точно не Алхор, – сказал Альваро, разглядывая пейзажи на голографическом дисплее.
- И на Терранову не похоже, – сказал Рамон. – Мой отец туда пару раз по делам летал. Это точно не их города.
- Это Штормград, – сказала Габриэль. – Мой родной и любимый город. И наша столица.
В конце концов Габриэль сказала, что ей пора бы вернуться в номер и отдохнуть.
- Чего и вам, парни, желаю, – добавила она. – Особенно тебе, Альваро. Отлежись в тепле и не лезь больше в воду.
- Обязательно, – кивнул он. – Слушай, а давай завтра встретимся? Мы сюда же придем. Ты так интересно про Большой Космос рассказываешь! А мы тебе заодно покажем, где тут интереснее всего.
- Договорились, – улыбнулась Габриэль.
Ей нравились такие парни – вежливые, веселые, воспитанные, с приставаниями не лезут. Даже Альваро, явный плейбой, смотрел на нее с благодарностью и дружеским интересом.

4.
- Габи тебе понравилась? – спросил у Альваро Рамон, когда красивая гостья из Большого Космоса скрылась из виду.
- А тебе разве нет? – ответил Альваро вопросом на вопрос.
- Понравилась, но я не в том смысле…
- Да нет, что ты, – вдруг смутился Альваро. – Я Маргариту люблю. Хоть она со мной уже три дня не разговаривает. А за Габи не приударишь. Она же сама как парень.
Все остальные согласно кивнули.
Вечером того же дня Габриэль сидела в баре отеля и неспешно попивала из высокого стакана какой-то разноцветный безалкогольный коктейль, смешанный барменом Андресом.
- Сегодня в округе только и разговоров было, что о твоих подвигах, – сказал Андрес. – Мол, отчаянная девушка бросилась в холодную воду и спасла утопающего.
- Хотела бы я знать, что вы теплой водой зовете, – сказала Габриэль. – Ну и не бросать же парня было, пока все остальные на берегу топтались.
- Ну, теплая – это градусов тридцать, – ответил Андрес, немного подумав.
- Да это же суп! – выпалила Габриэль.
Оба расхохотались.
Андрес любил, когда гостья из Большого Космоса заходила к нему в бар. Активная, всегда в хорошем настроении, заказывает только безалкогольные коктейли, вроде состоятельная и явно из тех краев, что будут побогаче даже Террановы, но деньгами сорить не стремится, всегда вежлива и учтива. Не то что некоторые дамочки, которые примут на грудь и лезут приставать, а у Андреса, между прочим, невеста есть. А еще она остроумная. От ее анекдотов Андрес чуть не покатывался со смеху. Эним ей явно нравится. Интересно, как они там живут на той планете, откуда она родом, без солнца-то? Тут в сезон дождей на два месяца и то тоска берет, а у них там так почти всегда! И ветра такие, что люди даже летом в куртках ходят. Нет, Андрес бы точно так не смог.
Его размышления прервало появление новых посетителей. Вернее, посетительниц. Их было три. Длинноногая стройная красотка лет двадцати с выразительными карими глазами и роскошной гривой черных волос и две девушки помладше. Одна сероглазая, с пышными формами и толстой темной косой до лопаток, вторая – худенькая, зеленоглазая, с каштановыми локонами до плеч. Длинноногая девушка, явно лидер этой компании, поискала кого-то глазами среди посетителей. Взгляд ее упал на Габриэль. Девушка подошла к ней решительным шагом.
- Извините, это вы Габи?
- Да, это я.
Лицо девушки просияло.
- Ура! Девочки! Мы ее нашли!
Габриэль с недоумением посмотрела на всех троих.
- Это же вы сегодня моего братика спасли! – пояснила длинноногая.
- А, так вы сестра Альваро! То-то ваше лицо показалось мне знакомым.
- Меня зовут Исабель. Это Мария, – она показала на подружку с косичкой. – А это Режининья, – она показала на зеленоглазую.
- Очень приятно. Садитесь, выпьем чего-нибудь, если не торопитесь. Правда, я сама алкоголь не пью.
Девочки заказали себе по легкому коктейлю, и вся компания устроилась за свободным столиком в углу. К тому времени они уже перешли на «ты».
- Как дела у Альваро? – спросила Габриэль.
- С ним всё хорошо. Но я взяла с него страшную клятву, что больше он в холоднючую воду не полезет, – ответила Исабель. – Отругала его как следует. Ишь чего придумал! И кстати, он просил передать, что завтра мы могли бы все вместе покататься на папиной яхте. Посмотреть на кораллы и все такое, ты же, наверное, в море еще не выходила?
Теперь глаза сияли уже у Габриэль.
- Не выходила. Но буду очень рада. У нас на Сомбре это развлечение для сильных духом. А парусный спорт с нашими-то ветрами и вовсе становится экстремальным.
- Что, так штормит?
Габриэль улыбнулась и принялась рассказывать о сомбрийском климате. Новые знакомые слушали, иногда вставляя «Огого!» или «Вот это да!».
- Ладно, мне пора домой, – наконец сказала Исабель. – Завтра с утра мы с Альваро будем ждать тебя у входа в отель.
За время прогулки Габриэль не то чтобы сдружилась с Альваро, Исабель и их друзьями, но добрыми приятелями они точно стали. Вместе жарили на решетке больших креветок, фотографировались на фоне моря, а Габи лихо нырнула прямо с борта, сорвав аплодисменты. Считать эту воду холодной она категорически отказывалась. Уже под вечер Исабель посетила идея:
- Слушай, а ведь скоро на Радужном классный фестиваль! Вообще мы и так на Радужном архипелаге, – пояснила она, – но самый большой остров тоже так называется. И в январе там фестиваль этнической музыки, приуроченный к двойному полнолунию. Музыка, танцы и две большущие луны – красота, правда? Мы все туда собираемся, давай с нами?

5.
27 января 3048 года
Фестиваль состоялся через неделю. Габриэль не танцевала, зато с удовольствием смотрела на танцоров (сюда, кажется, собрался весь Треугольник) и слушала музыку. Пару композиций даже засняла на комм. Многое напоминало то, что слушал Леон, и Габи уже решила, что привезет ему в подарок что-нибудь из здешних записей. Тем более что на фестиваль приехало несколько ансамблей. Они играли свою музыку и тут же продавали записи. Гитара, маракасы, кастаньеты, иногда скрипка – Леон говорил, что такое играли на родине его далеких предков еще на Терре. Габриэль была довольна. Кажется, никто не останется без подарков. Люсьену – снимок двойного суперлуния в красивой рамке, Ари – парусник в бутылке, Амалии Враноффски – небольшой рюкзачок-торбу с изображением дельфина, Алисе – бусы из ароматной древесины, Камилле и Луизе – нарядные шейные платки, профессору Враноффски – громадную шипастую раковину, найденную на берегу в первый же день. По просьбе Габриэль раковину покрыли лаком и написали на ней дату и название острова. Для Асахиро и Зои она припасла большущую банку зеленого чая, а для Снайпера – черного. И чайник с нарисованной на нем смешной электрической белкой. Хотя при личной встрече, если верить тому же Снайперу, она куда менее смешная. Он на них как-то нарвался. Убить человека, конечно, не убьет, но ощущения обеспечит феерические. Для Эжени – набор местной лечебной косметики, весьма неплохой, и большую книгу со снимками морских пейзажей. Дарти – огромный пакет с кофе (кажется, даже его гигантские запасы уже подходили к концу) и бутылку кофейного ликера. Ну и местный абрикосовый бренди. По паре бутылок для отца и Алека Враноффски. Одну выпить самому, одну – произвести впечатление на важного клиента. Бутылку для капитана О’Рэйли, ей понравится, бутылку для капитана Да Силвы – его любовь к экзотической выпивке была известна на корабле даже последнему технику. Ну и пару бутылок на случай прихода гостей. Жану – булавку для галстука с настоящей жемчужиной, на Сомбре для жемчужниц слишком холодные моря, а Жан большой любитель редкостей. А еще много чая и местных сладостей. И большую коробку шоколадных конфет в виде морских обитателей для Джона Аллена – парень обожает сладкое, а уж такому деликатесу, как шоколад, обрадуется вдвойне. Мысль о подарках приятно грела. На сердце стало совсем легко, и Габриэль даже станцевала пару несложных танцев с Хорхе. С Альваро не танцевала. Им с Исабель еле удалось помирить его с возлюбленной, и не помнящий себя от счастья юноша теперь не отходил от своей ненаглядной.
- А где же Режининья? – спросила Исабель, не обнаружив подругу рядом.
- К лотку с записями отошла, – сказала Мария. – Только что-то ее уже долго нет.
Габриэль взяла себе еще мороженого. Сорбет со вкусом каких-то местных ягод, напоминающих малину, очень ей понравился. Она сидела на скамеечке, наслаждаясь освежающим кисло-сладким вкусом, когда рядом плюхнулась раскрасневшаяся Режининья с улыбкой во все лицо и восторженным взглядом. Даже не восторженным, а каким-то ошалевшим.
- Что, ты наконец вырвалась потанцевать? – улыбнулась Исабель.
- Да не то слово!
Исабель вопросительно посмотрела на подругу. Режининья наконец выдохнула.
- Ой, девочки! Он такой… такой кла-аассный! Он так танцует!
- Он – это кто? – уточнила Мария.
- Да вот встретила тут, – ответила Режининья. – Красивый как… ох, даже не знаю. Как бог! Светлокожий такой, точно не из наших. Высокий, стройный. Волосы темные, глаза серые. Он все время, что мы танцевали, смотрел прямо на меня и улыбался. А какие у него руки! А как он ведет!
- Да ты влюбилась! – беззлобно подколола Исабель.
- Ты бы тоже влюбилась! Я его звала сюда, но он сказал, что ему пора, и ушел. Такой вежливый. Никогда таких не встречала. Не мужчина, а сказка. Как же его зовут… Рауль, кажется… Или не Рауль, но похоже…
- Габи, солнышко, тебе плохо? – тревожно спросила Исабель. Похоже, она и правда изменилась в лице. Габриэль судорожно сглотнула, едва не подавившись мороженым, и по возможности спокойно ответила:
- Э… нет.
Нет. Ну неоткуда здесь взяться Нуарэ. Но как похоже, лихорадка нордиканская! Они ведь как-то раз танцевали – по случаю пятидесятилетия капитана, которое отмечали в офицерском клубе. И за вычетом девчачьих восторгов Габриэль могла бы сказать о Нуарэ все то же самое, что сейчас изложила Режина. Свет дневной...
«А это, дорогая, называется паранойя, – ядовито сказала она сама себе. – И если тебе под каждым кустом коммандеры мерещатся, то сдавайся-ка ты после отпуска доктору Темницки. То-то она рада будет. Или немедленно выброси дурь из головы!».
- Девушки, а что бы тут выпить некрепкого?
- А ты крюшон уже пробовала? Отличная вещь, почти безалкогольная, как раз и освежиться и расслабиться, – Исабель уже успела разжиться большим бокалом, который и протянула Габриэль.
Крюшон был действительно выше всяческих похвал, и остаток вечера Габриэль провела в отличном настроении. Как и всю следующую неделю.
Tags: Сфера, мои рассказы
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments